?

Log in

No account? Create an account

Сб, 7 мар, 2015, 22:35
Книги: февраль

Г. М. Адельсон-Вельский, В. Л. Арлазаров, А. Р. Битман, М. В. Донской, «Машина играет в шахматы» (1983 г.)

Авторы «Каиссы» делятся опытом и соображениями о том, какие алгоритмы лежат или могут лежать в основе шахматной программы. По большому счету, книга о борьбе за оптимизацию перебора. Для обычных шахматистов она, конечно, неинтересна, но для программистов-шахматистов с археологическим уклоном представляет интерес. В конце концов, у оптимизации перебора вариантов и оптимизации запроса к базе данных можно усмотреть нечто общее.

Любопытно, что про альфа-бета-отсечение нам на ВМК рассказывали, но имя Александра Брудно при этом не упоминалось, хотя авторы утверждают, что это его изобретение (есть мнение, что к нему причастны многие). Ну или взять программирование в содержательных обозначениях того же Брудно: не помню, чтобы об этом хоть что-то говорилось, хотя идея сугубо практичная и полезная. Зато говорили про операторный метод Ляпунова, а кто применял его на практике? Говорили про историю вычислительной техники, но не затрагивали Бессонова с его релейной машиной. Такое ощущение, что разные школы и разные миры, и железный занавес между ними. А может, мне просто кажется.

Пара вырезок на память:

При создании шахматных программ были задуманы, разработаны и использованы некоторые общие принципы и технические приемы. Ныне эти принципы и приемы широко применяются, а происхождение их забыто. В их числе так называемые проблемно ориентированные языки. В отличие от обычных языков программирования, такой язык обладает словарем понятий, имеющих отношение к конкретным задачам.

Здесь хотелось бы сделать лирическое отступление о том, что такое отлаженная программа. Принято считать, что она правильно реализует задуманный алгоритм. Однако в теории алгоритмов, наоборот, для определения, что такое алгоритм, используется понятие программы, и с такими определениями мы попадаем в порочный круг. Выход из него состоит в том, чтобы отказаться от понятия отлаженной программы, постулировав наличие в ней ошибок и определяя отладку программы, как процесс изучения ее поведения, поиска ошибок программиста или неверных представлений о том, что программа должна делать.

...

Наш опыт показывает, как часто поиск ошибок в программе приводит к признанию ее правоты: просто то, что на первый взгляд кажется ошибкой, при внимательном изучении оказывается необходимым следствием установок программистов, которые они собирались реализовать. Известным примером служит партия «Дачесс»—«Каисса»... «Каисса» сыграла..., отдавая ладью, после чего, естественно, проиграла партию. После часа исследования в поисках ошибки она сумела доказать, что была права, показав в ответ на другие ходы мат при помощи красивой комбинации...

Как же в этих условиях убедиться в правильности внесенных в программу изменений, как отлаживать программу, как проверять ее готовность к турниру? Не удивительно, что треть программы составляют алгоритмы наблюдения, не нужные для выбора хода и вообще игры машины в шахматы. Они используются для того, чтобы понимать, как и почему программа избирает тот или иной ход и, естественно, выключаются во время игры в турнирах. Однако без них последняя была бы невозможной.

Если не ошибаюсь, Кайт писал, что всевозможные средства трассировки Оракла съедают чуть не 10 % времени его работы. Но без них «последняя была бы невозможной».

Александр Марков, «Рождение сложности»

Берем картину мироздания, да! И тупо смотрим, что к чему. (вместо эпиграфа)

Книга про реалии современной биологии. Без знаний в органической химии и генетике читать сложно, но все равно безумно интересно. Все оказалась намного хитрее и забавнее, чем мне дилетантски представлялось. Вот и автор признается:

...Классические представления о природе «наследственной информации» и механизмах ее «прочтения» слишком упрощены. В действительности все гораздо сложнее. Приходится признать, что аналогии между живыми организмами и искусственными информационными системами, например компьютерами, вошедшие в моду в конце XX века, в значительной степени неправомочны. В отличие от компьютера в живых системах так называемая «информация», ее носители, а также «устройства» для ее прочтения и реализации оказываются слиты воедино и практически неразделимы. ... Представьте себе текст, умеющий сам себя редактировать, или жесткий диск, который в зависимости от записанных на него байтов информации приобретает различные физические свойства и активно вмешивается в работу считывающего устройства...

...

Это характерный «почерк» эволюции, совсем не похожий на разумное проектирование, а похожий скорее на самосборку чего получится из чего попало.

Видимо, автор никогда не заглядывал в код большой информационной системы после десятка лет ее эксплуатации и развития, иначе аналогии не вызывали бы никаких сомнений. Но безумная сложность живых организмов, безусловно, превосходит все, созданное человеком.